В правительстве обсуждают параметры «налога на сверхприбыль» за 2025 год. Они отличаются от первого опыта применения windfall tax. Президент поручил представить предложения о введении 20%-ного сбора до 10 апреля. В конце марта на съезде РСПП Владимир Путин встречался с крупным бизнесом, где прозвучало предложение передать государству крупную сумму денег из личных средств.
Глава РСПП Александр Шохин отметил, что тема windfall tax также обсуждалась. Экономист Александр Разуваев рассказал «МК», что это значит.
Что такое Windfall Tax?
Windfall tax – это «налог на доходы, принесённые ветром». Его вводят, когда компания получает сверхприбыль не из-за своих достижений, а из-за благоприятной внешней конъюнктуры, например, из-за резкого подорожания нефти или газа. Формальным поводом для обсуждения стал подъём цен на энергоносители из-за ближневосточного конфликта.
Разуваев отмечает, что в 2012–2013 годах баррель стоил больше $100, а капитализация фондового рынка была вдвое выше, но о налоге никто не говорил. Сейчас ситуация изменилась: главный фактор – растущий дефицит бюджета. Государству нужны деньги, и их логично искать у экспортёров.
Готовность бизнеса обсуждать налог
Александр Шохин заявил, что бизнес готов обсуждать инициативу, но у многих сейчас убытки, а не прибыль. Разуваев подтверждает, что бизнес готов к обсуждению, так как реальность диктует свои условия. По его словам, на закрытых встречах уже прозвучали сигналы, что некоторые крупные компании согласны помочь бюджету добровольно. Имена не называются, но сигнал понятен: если кто-то соглашается, остальные должны последовать их примеру. Игнорировать это сложно.
Бизнес хочет регламентировать процесс: определить базу, сроки и механизмы. Работать по правилам всегда лучше, чем по устным договорённостям. Но экономика неоднородна, и многие секторы сейчас убыточны.
Кого может затронуть налог?
Есть опасения, что под удар попадут не только сырьевые компании, но и банки. Разуваев считает, что трогать банки – плохая идея. На рынке много крупных госбанков и коммерческих банков. Они уже несут дополнительную нагрузку. Например, крупнейший госбанк в 2022 году перечислил около 10 млрд рублей сверх стандартных платежей при прибыли в 1,5 трлн. Банковская система – это кровеносная система экономики, и её нельзя раскачивать ради краткосрочного закрытия бюджетных дыр. Эксперт надеется, что налог затронет в основном нефть и газ, а банки – символически. Инвесторам стоит присмотреться к акциям IT-сектора, который пострадает меньше всего.
Шестидневная рабочая неделя
В связи с обсуждением налога на сверхприбыль, представители бизнеса предложили вернуть шестидневную рабочую неделю для повышения производительности. Разуваев считает, что в этом нет необходимости. В начале 2000-х он сам работал шесть дней в неделю, и это было оправдано, так как все были воодушевлены и строили новую экономику. Но сейчас мир изменился. Производительность зависит от технологий, автоматизации и искусственного интеллекта, а не от количества отработанных часов.
Что нормализует экономическую ситуацию?
По мнению Разуваева, ключевое – завершение конфликта на Украине и снижение оборонных расходов. Пока большая часть бюджета идёт на безопасность, гражданский сектор испытывает трудности. Риски ограничений экспорта управляемы. Возвращение сотен тысяч мужчин – это плюс для демографии. Экономика должна работать на созидание, а не на выживание. Крупный бизнес предпочитает договариваться и «откупаться» от проблем, чем создавать их. Государству нужна предсказуемость: чёткие правила игры лучше ручного управления. Пока этого нет, рынок будет адаптироваться. Инвесторам и предпринимателям нужно следить за регламентами, не паниковать и делать ставку на сектора, не зависящие от сырья.