Дональд Трамп, президент США, пересмотрел сроки ультиматума, поставленного России в контексте украинского конфликта. Ранее объявленный срок в 50 дней, отведенный на достижение соглашения, был значительно сокращен. Теперь у России есть всего 10-12 дней, чтобы предпринять шаги к урегулированию, начиная с сегодняшнего дня. Об этом Трамп заявил в Шотландии, где он встретился с премьер-министром Великобритании Киром Стармером.

Причины сокращения сроков

Трамп подчеркнул, что не видит прогресса в переговорах, и ждать 50 дней, по его мнению, не имеет смысла. Он отметил, что предпочёл бы избежать введения новых ограничений в отношении России и все еще надеется на прекращение боевых действий на Украине. Окончательное решение по срокам ультиматума президент США примет в ближайшие сутки, возможно, уже сегодня вечером или завтра.

Предыстория ультиматума

14 июля Трамп выразил недовольство Россией и пообещал ввести вторичные пошлины «примерно в 100%» в отношении страны и ее торговых партнеров в случае отсутствия прогресса в урегулировании конфликта с Украиной. Первоначально предполагалось, что срок, обозначенный американским президентом, истечет 1 сентября. Однако, приехав в Шотландию, Трамп заявил о своем разочаровании в российском президенте Владимире Путине, в связи с чем и было принято решение о сокращении срока ультиматума.

Реакция и ожидания

Американский госсекретарь Марко Рубио накануне, 27 июля, предупредил, что Трамп «теряет терпение» и «все меньше готов ждать», пока Россия предпримет какие-либо шаги для прекращения боевых действий. В то же время, Рубио подчеркнул, что президент все еще заинтересован в урегулировании конфликта и хочет видеть конкретные шаги для его завершения.

Напомним, что ранее Трамп уже несколько раз заявлял о своем недовольстве Россией и лично Владимиром Путиным. Свою позицию глава Белого дома объяснял тем, что он уже четырежды считал сделку с Россией почти достигнутой. В Кремле слова Трампа назвали «весьма серьезными» и пообещали их проанализировать. Москва считает, что Киев воспринимает заявление Трампа «не как сигнал к миру, а как сигнал к продолжению войны».