Курс доллара и евро
 сейчас и на завтра

Обвал нефтяных цен: Россия проявила несговорчивость, но это оправданно?

В начале марта 2020 года глобальный нефтяной рынок пережил очередной ценовой шок, уже третий по счету за минувшие полгода. В сентябре и январе наблюдался резкий рост нефтяных котировок, который сменялся последующим масштабным спадом. Но на этот раз мы стали свидетелями намного более масштабного нисходящего движения.

В пятницу, 6 марта, фьючерсы на нефть сорта Brent потеряли в цене около $4,5, или примерно 9%. Стимулом для этого послужил достаточно неожиданный исход планового заседания членов министерского мониторингового комитета в формате ОПЕК+. Участники международного соглашения не сумели прийти к компромиссу по поводу дальнейшего сокращения суммарной квоты на добычу нефти. Более того, было объявлено, что нефтяная сделка прекратит свое действие уже с начала следующего месяца.

Однако состоявшееся в тот день падение нефтяных котировок стало лишь началом еще более масштабного обвала цен на черное золото, который случился уже после выходных дней. В минувший понедельник контракты на нефть сорта Brent в моменте подешевели еще на $14, или более чем на 31%. Позднее они отыграли часть своей просадки. Однако это уже не отменило того факта, что цены на нефть стремительно сдвинулись к нижней границе многолетнего диапазона. Подобные цены наблюдались в начале 2016 года и до середины 2004 года. К слову, даже в самую острую фазу мирового финансового кризиса 2008–2009 годов они не опускались ниже свежего "антирекорда".

Причины ценового спада

Что же произошло с ценами на нефть? В первую очередь необходимо понимать, что текущее падение нефтяного рынка является лишь частью стремительно разгорающегося мирового экономического кризиса, совпавшего по времени с циклическим десятилетним экономическим спадом. Он явно назревал к началу 2020 года.

Как обычно, у инвесторов и спекулянтов теплилась надежда, что очередной кризис пройдет в относительно мягкой форме. Однако и на этот раз он развивается столь же масштабно, как в 1998 и 2008 годах. "Черный лебедь" в виде коронавируса стал классическим неожиданным триггером для начала полномасштабного падения финансовых рынков. До появления этого фактора возможный разворот фондовых рынков связывали с торговыми войнами, выходом Великобритании из состава Евросоюза или же с началом активных боевых действий между США и Ираном.

Неприятная особенность текущего кризиса заключается в том, что нынешние проблемы связаны не только и не столько с состоянием финансовых рынков. Вспышка азиатского коронавируса уже нанесла ощутимый удар по материальному производству в Китае и во всем мире. Подобные проблемы не решаются только лишь с помощью продолжения накачки экономики отдельных стран дешевыми деньгами. На а сырьевые рынки не могут не реагировать на сложившуюся ситуацию.

Глава Международного энергетического агентства (МЭА) Фатих Бироль уже назвал сложившуюся ситуацию на нефтяном рынке беспрецедентной. Согласно последним оценкам МЭА, мировой спрос на нефть по итогам 2020 года сократится в диапазоне от 90 тыс. баррелей в сутки до 730 тыс. баррелей в сутки. Для сравнения, в 2019 году он составил немногим более 100 млн баррелей в сутки. Казалось бы, ожидаемое падение глобального спроса в текущем году не превысит 1%, что представляется весьма скромным изменением. Однако необходимо учитывать, что сам факт прогнозируемого спада глобального спроса на нефть состоится впервые с 2009 года. Кроме того, сырая нефть относится к разряду товаров, высоко эластичных по цене в зависимости от объема спроса.

Роль России

Позиция России сыграла ключевую роль в развале нефтяной сделки в формате ОПЕК+. Москва не захотела еще больше ограничивать собственную нефтедобычу. Подобная несговорчивость РФ оказалась в новинку для современной истории нефтяного рынка. Вместе с тем это вполне логичное продолжение нового крена во внешней политике, который наметился еще с 2014 года. Страна продолжает громко заявлять о наличии собственных стратегических интересов. При этом она проявляет почти забытые повадки прекратившего существование Советского Союза, а также родовые "имперские" черты.

Строго говоря, глядя на современную Россию, мы в очередной раз наблюдаем уже совсем другое государство. Эпоха двухтысячных годов завершилась так же незаметно, но явственно, как и пресловутый "период девяностых". Ну а в отношении сырьевого рынка это означает, что страна больше не хочет продавать свое сырье "по любым ценам" и на любых условиях.

В этом присутствует своя, вполне здравая логика. Такие нефтегазовые гиганты, как "Роснефть" и "Газпром", по-прежнему являются акционерными обществами с государственным участием. Они включают в себя ряд более мелких представителей свой отрасли. Таким образом, государство и бюджет остаются крупными бенефициарами наиболее значимого сектора отечественной экономики. Не будем забывать, что во второй половине 2019 года суммарная доля нефти, нефтепродуктов и природного газа в структуре экспорта РФ составила порядка 57,2% в стоимостном выражении.

Критики развалившейся нефтяной сделки в формате ОПЕК+ давно и вполне справедливо полагали, что она приводит лишь к перераспределению мирового рынка жидких углеводородов в пользу США. Действительно, Соединенные Штаты нарастили добычу нефти в 2019 году на 11%, до уровня 12,23 млн баррелей в сутки. Как мы видим, сланцевая революция в Северной Америке не стала просто пустым звуком. По факту международное соглашение об ограничении уровня добычи парадоксальным образом обеспечивало североамериканским сланцевым компаниям и дополнительную рыночную нишу, и вполне приемлемую рентабельность. Однако столь неравноправная ситуация не могла продолжаться бесконечно.

Панические распродажи

Однако очевидно, что состоявшийся обвал нефтяных котировок почти на 40% в течение двух суток в значительной степени носил эмоциональный характер. Цены на нефть и без того находились на достаточно низком уровне еще до указанного движения. Более того, столь сильный спад цен случился за три недели до фактического прекращения действия нефтяной сделки. Таким образом, он не был обусловлен реальным мгновенным увеличением предложения на глобальном нефтяном рынке. Мы в очередной раз наблюдали панические распродажи в нефтяных фьючерсах, которые усугубились срабатыванием стоп-ордеров и принудительным закрытием убыточных позиций.

Если же говорить про физический рынок, то на нем в качестве решающего фактора ценообразования выступает себестоимость добычи. В условиях резкого спада цены нефтяные компании могут продавать какие-то объемы сырья в убыток с целью покрытия текущих расходов. Однако подобная практика невозможна в долгосрочном и даже среднесрочном периоде. Для того чтобы понять, кому придется очень скоро "подвинуться" с нефтяного рынка, достаточно сравнить себестоимость нефти по отдельным странам и способам добычи.

Согласно открытым данным, к концу 2019 года себестоимость традиционной добычи нефти на Аляске составляла порядка $55 за баррель, а на североамериканском шельфе — порядка $65 за баррель. В то же время себестоимость добычи "континентальной" сланцевой нефти в США сейчас уже понизилась до уровня $45 за баррель. Но при этом она очень неравномерна по отрасли.

Для сравнения: средняя себестоимость добычи нефти в России в 2019 году составляла $25 за "бочку". Но для компании "Роснефть" в связи с весомой долговой нагрузкой была необходима цена от $35 и выше. Эти цифры в свое время приводил замминистра энергетики Павел Сорокин.

Вместе с тем, согласно недавним оценкам национальной нефтяной компании Саудовской Аравии Saudi Aramco, себестоимость российской нефти составляет чуть больше $40 за баррель. Для шельфовых проектов она еще на $2–3 выше.

Согласно тем же данным, себестоимость добычи в самой Саудовской Аравии составляет меньше $20 за баррель. Для соседних ближневосточных стран предполагается такой же или несколько более высокий уровень себестоимости добычи. Но парадокс заключается в том, что Саудовской Аравии необходима средняя цена на нефть порядка $71 за баррель, для того чтобы сбалансировать дефицитный бюджет в 2020 году. Поэтому страна будет вынуждена увеличивать объемы поставок на мировой рынок по демпинговым ценам в ближайшие месяцы.

Уже сейчас стало известно, что Саудовская Аравия планирует увеличение добычи нефти в апреле до 10 млн баррелей в сутки с текущих 9,7 млн баррелей. Более того, в ближайшие месяцы не исключен рост добычи даже до 12 млн баррелей в стуки, что представляется очень сильным "довеском" к глобальному объему предложения.

Когда цены пойдут вверх

Исходя из этих данных, вполне очевидно, что при текущих ценах на нефть сорта Brent порядка $36 за баррель нефтяные компании из США и России будут вынуждены сокращать объемы добычи на наименее рентабельных месторождениях. По-видимому, это сокращение будет отчасти замещаться дешевой ближневосточной нефтью.

К этой ситуации вполне применимы недавние слова президента США Дональда Трампа, сказанные им по поводу азиатского коронавируса: "Это непредвиденная проблема. Она пришла из ниоткуда". Скорее всего, в ближайшие месяцы мы услышим о новой волне банкротств в нефтяной отрасли США.

Что же касается России, то правительство оказалось в значительной мере готово к сложившейся ситуации. Не будем забывать, что именно на такой случай в стране уже долгое время действует так называемое бюджетное правило. Оно предполагает накопление в Фонде национального благосостояния сверхдоходов государства от продажи российских углеводородов. Цена отсечения нефти марки Urals в 2020 году составляет $42,4 за баррель. Не исключено, что среднегодовая цена на нефть все же превысит эту отметку.

Таким образом, стабильности бюджета РФ низкие цены на нефть пока не угрожают. Но это не отменяет того, что импортные товары могут существенно подорожать в результате наметившегося ослабления курса рубля. Гражданам страны в очередной раз придется затянуть пояса. В более широком смысле стоит ожидать сокращения прибыли российских нефтегазовых компаний, что окажет угнетающее воздействие на всю отечественную экономику.

Как показывает опыт последних 15 лет, цены на нефть сорта Brent не могут долгое время находиться на низком уровне в районе $30–40 за баррель. Скорее всего, во второй половине года они сумеют вернуться к отметке $50 и даже выше, около $50–70 за баррель. Этому должно способствовать летнее угасание коронавируса CoVID-2019 и восстановление объемов промышленного производства в Китае. Свою позитивную роль сыграет и неизбежное сокращение добычи нефти на ставших нерентабельными месторождениях в разных уголках мира.

Михаил Ханов, управляющий директор ИК "Алго капитал"

Респект за новость: Катерина Павлюх

Последние новости

© Audit-it.ru, 2013 - 2020 Реклама на сайте
или оставьте свои отзывы и предложения
Для iOS:
Для Android: