Курс доллара и евро
 сейчас и на завтра

14:01
Покупка:
 
Продажа:
EUR
69,4675
EUR
69,47
USD
57,8775
USA
57,88
ООО «Компания БКС», лицензия №154-04434-100000 от 10.01.2001 на осуществление брокерской деятельности. Выдана ФСФР. Без ограничения срока действия.

Только 11 банков в РФ объявлены неприкасаемыми. Только у них точно не отзовут лицензию в случае возникновения проблем. Ко всем остальным это не относится. В целом же, то, что происходит с крупными российскими банками в последнее время, говорит о наличии системного кризиса.

Всё, что происходит с крупными российскими банками в последнее время, доказывает наличие именно системного кризиса. Причем мы видим, что такой кризис может быть не обязательно финансовым и что он не связан напрямую с количеством отозванных лицензий. Это кризис банков как вида бизнеса.

14 сентября Банк России официально объявил, что председатель правления ВТБ 24 Михаил Задорнов возглавит банк «ФК Открытие». Прогоревший крупный банк идет спасать человек с безупречной человеческой и профессиональной репутацией. Это крайне редкий случай для сегодняшней России: честность и профессионализм не кажутся самыми востребованными качествами в современной российской действительности. Но когда по-настоящему припекает, обращаются как раз к честным и надежным людям в надежде на восстановление утраченного доверия. Тушат пожары всегда преимущественно такие люди, а поджигают — совсем другие.

Разумеется, у нынешнего банковского кризиса есть очень яркие «реперные точки». Переход под контроль Банка России того же «Открытия» — крупнейшего частного банка страны до недавнего времени и кредитной организации из первой десятки. Скандальный отзыв лицензии у «Югры» с рекордным страховым возмещением вкладчикам почти на 170 млрд рублей. Слухи и даже письма клиентам известной управляющей компании о проблемах у банков «московского кольца» — кроме «Открытия» (где все страхи и даже сроки начала операции спасения фактически подтвердились) там фигурировали еще три очень солидные по размерам активов столичные кредитные организации.

Причем все это происходит на фоне внешне сравнительно хороших финансовых показателей банковской системы — по официальным данным. Эта оговорка необходима, поскольку официальным данным о состоянии банковской системы в России веры теперь не больше, чем подсчетам голосов на выборах в некоторых регионах. Вот и сейчас глава Центробанка Эльвира Набиуллина на международном банковском форуме «Банки России — XXI век» в Сочи рассказала, что за восемь месяцев 2017 года активы банковского сектора увеличились на 4,5%, кредиты экономике — на 3,5%, а кредиты нефинансовым организациям — на 2,3%. У Сбербанка за те же восемь месяцев — рекордная прибыль по РСБУ в 433 млрд рублей. (Правда, на спасение одного «Открытия» уйдет не меньше.) Все эти хорошие показатели на фоне реально главных новостей последних дней и недель про российские банки выглядят примерно как доклад дежурного по секретному советскому ядерному объекту своему командиру из старого анекдота. «Товарищ командир, происшествий нет!» — радостно докладывает дежурный. «Происшествий нет? А где Бельгия?!» — с ужасом спрашивает командир.

13 сентября Банк России утвердил новый перечень системно значимых кредитных организаций. Отныне системообразующих банков стало на один больше — 11 вместо прежних десяти. В список, в котором ранее уже присутствовали Сбербанк, ВТБ, Россельхозбанк, Газпромбанк, банк «ФК Открытие», ЮниКредит Банк, Райффайзенбанк, Промсвязьбанк, Альфа-Банк и Росбанк, теперь добавили еще и Московский Кредитный Банк. Но главный смысл этого списка в том, что теперь он, пожалуй, впервые за последние два с половиной года опять имеет прямо-таки сакральное значение. Будем называть вещи своими именами: только эти 11 банков (пока) объявлены неприкасаемыми. Только у них (пока) точно не отзовут лицензию в случае возникновения проблем. Ко всем остальным это не относится.

Вообще говоря, то, что рассказывала Эльвира Набиуллина про банковскую систему на форуме в Сочи 14 сентября, «леденит душу». Вот только заголовки новостей на Банки.ру, касающиеся непосредственно заявлений главы ЦБ: «Банк «Открытие» манипулировал рыночной ценой при операциях с облигациями»… «Собственники «Югры» создали карманный банк»… «В Москве «рыночной властью» обладают всего два банка»… Один крупный банк манипулировал ценой облигаций и занижал капитал. Другой пылесосил рынок вкладов, чтобы кредитовать рискованные бизнесы своих собственников. В Москве, где даже после массового банкопада последних трех лет отделений банков до сих пор точно больше, чем «сорок сороков» (как раньше церквей), оказывается, рыночная сила есть только у двух кредитных организаций. А у остальных что — рыночная слабость? Они тут для декораций?

На форуме в Сочи Эльвира Наубиллина произнесла слова, которые стали даже еще более наглядной иллюстрацией системного банковского кризиса, чем страшилки про «Открытие» и «Югру». По словам главы ЦБ, «банковский бизнес должен быть именно банковским, а не инвестиционным. Если собственники банков хотят заниматься иным бизнесом, пусть его финансируют не из средств вкладчиков своих же банков, а то получается у нас асимметричное распределение «вершков» и «корешков».

Золотые слова! Впервые их как задачу разделения банков на инвестиционные и розничные правительство озвучивало еще в самом начале 2000-х годов. Эффекта — ноль. Как это, спрашивается, собственники банков в России не будут заниматься инвестиционным бизнесом, если часть крупнейших банков у нас прямо государственная? Они часто кредитуют того, о ком попросят именем государства «важные люди», независимо от прибыльности проекта и платежеспособности заемщика. «Своих» или «блатных» зачастую кредитуют и крупные частные банки. Иными словами, при нынешней концентрации банковских активов в руках государства или близких к нему олигархов и при такой экономике, верхушка которой превратилась в настоящий «междусобойчик» узкого круга людей, добиться симметричного распределения «вершков» и «корешков» нереально.

Еще одна системная проблема — нормальная конкуренция. На пресс-подходе по итогам наблюдательного совета глава Сбербанка Герман Греф заявил журналистам, что выступает за приватизацию банка и снижение государственного сектора в российской экономике: «Не дай бог, если в банковском секторе останется несколько крупных банков. Мы за конкуренцию». Ему заочно ответила Эльвира Набиуллина: конкуренция не меряется только количеством игроков на том или ином рынке. От того, что в России все еще работают более 600 банков, конкурентности действительно не прибавляется. Развитие здоровой конкурентной среды Банк России поставит в число своих основных задач, подчеркнула глава ЦБ. Среда действительно важнее количества банков. Только откуда ей стать здоровой в явно нездоровых внешних условиях — отдельный вопрос.

С одной стороны, классический банковский бизнес в России убивают или сильно трансформируют ультрамодные современные финансовые технологии. С другой — архаичный российский госкапитализм с засильем государства и тесно связанной с ним узкой группы людей во всех крупных бизнесах при продолжающемся зажиме малого и среднего предпринимательства. Добавьте к этому грандиозные инфраструктурные государственные проекты, которые банки вынуждены финансировать себе в убыток по приказу свыше, и пазл складывается.

Сразу становится понятно, почему в России в последние годы банки исчезают сотнями, а новых практически не появляется. Это и есть системный кризис — целый конкретный вид бизнеса стремительно теряет остатки привлекательности. Банки со взрывчаткой на минном поле, которое периодически поливают бензином «большой политики» при наличии очень ограниченного числа саперов, — вот что такое сегодня банковский бизнес по-российски.

Последние новости

© Audit-it.ru, 2013 - 2017 Реклама на сайте
или оставьте свои отзывы и предложения
Для iOS:
Для Android: