Семь стран-участниц соглашения ОПЕК+ приняли решение об увеличении квоты на добычу нефти в июне на 188 тысяч баррелей в сутки. Это решение, по мнению аналитиков, носит скорее демонстративный, нежели практически значимый характер.
Символический жест на фоне ухода ОАЭ
В коммюнике по итогам онлайн-заседания ОПЕК+ заявлено, что мера направлена на «поддержание стабильности нефтяного рынка». Однако, по мнению экспертов, за этим стандартным объяснением стоит неординарное событие: внезапный выход Объединенных Арабских Эмиратов из ОПЕК и ОПЕК+ с 1 мая.
Согласно релизу ОПЕК+, увеличение квот распределится следующим образом: Саудовская Аравия и Россия смогут увеличить добычу на 62 тысячи баррелей в сутки каждая, Ирак — на 26 тысяч б/с, Кувейт — на 16 тысяч, Казахстан — на 10 тысяч, Алжир — на 6 тысяч и Оман — на 5 тысяч б/с.
Важно отметить, что ОАЭ занимают четвертое место в картеле по уровню добычи сырой нефти (2,9 млн б/с, или 11,1% от всего ОПЕК) и пятое место по доказанным запасам (113 млрд баррелей, 9,1%). По экспорту сырой нефти доля ОАЭ достигает 14,3% (третья позиция в ОПЕК), а в денежном выражении страна обеспечивает 11,9% совокупного нефтяного экспорта картеля (77,7 млрд из 652 млрд), уступая только Саудовской Аравии и Ираку.
Эксперты полагают, что, выйдя из соглашения, Эмираты, во-первых, выводят значительные объемы мощностей из-под обязательных квот на нефтедобычу, а во-вторых, подрывают моральный авторитет ОПЕК, организации, созданной для координации нефтяной политики и поддержания стабильности цен.
Вице-премьер РФ Александр Новак, несмотря на глубочайший кризис в мировой нефтяной отрасли, заявил, что Россия не намерена выходить из ОПЕК+.
Реальные возможности и риски
Эксперт Финансового университета при правительстве РФ Игорь Юшков отмечает, что семь стран-участниц сделки стремятся показать, что уход ОАЭ не изменил стабильность ОПЕК+ и альянс продолжает свою тактику ежемесячного повышения квоты в автомобильный сезон в Северном полушарии. Если бы ОАЭ остались, общая квота составила бы примерно 206 тысяч б/с. Однако, по его словам, для основных игроков решение об увеличении квот ничего не значит.
В текущей военно-политической обстановке страны региона Персидского залива фактически заперты в заливе. Это означает, что им незачем наращивать добычу, поскольку дополнительные объемы физически невозможно вывезти из-за блокировки Ормузского пролива и других логистических ограничений. Существующие обходные пути, такие как нефтепровод «Восток–Запад» у Саудовской Аравии или трубопровод до турецкого порта Джейхан у Ирака, не обладают достаточными мощностями. Россия также в последние месяцы не может выполнить свою квоту в рамках ОПЕК+ из-за различных причин, включая удары беспилотников по портовой инфраструктуре.
Для России основной риск, по мнению Юшкова, — это падение цен на нефть и сокращение бюджетных поступлений в случае гипотетического развала сделки ОПЕК+, что приведет к общемировому росту добычи.
Оценка влияния на Россию
Президент Ассоциации экспортеров и импортеров Артур Леер считает, что сценарий резкого снижения цен на нефть маловероятен, поскольку «ключевая координация внутри ОПЕК+ сохраняется, несмотря на выход ОАЭ». Он подчеркивает, что полностью автономное поведение одного игрока не способно радикально изменить баланс, так как рынок остается взаимозависимым. Для России решение ОПЕК+ об увеличении квоты на добычу в июне носит в целом позитивный характер, формируя благоприятную базу для экспортных доходов при текущей конъюнктуре.
Министр финансов Антон Силуанов заявил, что повышение нефтяных котировок пополнит российский бюджет на 200 млрд рублей. Однако он отметил, что за последние два месяца уровни «поступлений и недопоступлений» практически одинаковые, указывая на микроскопический реальный профит. Напомним, за январь-март нефтегазовые доходы страны упали на 45,4% по сравнению с аналогичным периодом 2025 года, составив 1,4 трлн рублей.