В среду, в последний день апреля, мировые нефтяные котировки показали значительный рост. Цена за баррель Brent превысила $122, а в моменте достигала $126. Это самый высокий показатель с 2022 года. По данным The Guardian, основной причиной такого скачка стали зашедшие в тупик переговоры между Вашингтоном и Тегераном.
Блокада Ормузского пролива и сокращение запасов
Шансы на скорейшую разблокировку стратегически важного Ормузского пролива свелись практически к нулю. Президент Дональд Трамп накануне заявил, что отклонил предложение Тегерана об открытии пролива. Он намерен сохранять морскую блокаду до достижения соглашения с иранской стороной по ядерной программе.
Ситуация усугубляется данными еженедельного доклада Минэнерго США. На прошлой неделе запасы нефти в стране резко сократились – на 6,23 млн баррелей. Резервы на терминале в Кушинге, где хранится нефть, торгуемая на Нью-Йоркской товарной бирже (NYMEX), упали на 796 тысяч баррелей.
Вице-премьер РФ Александр Новак отметил, что отрасль переживает глубочайший кризис. Огромное количество нефти не поступает на рынок. Он подчеркнул, что спрос превышает предложение, что приводит к дисбалансу на фоне логистических затруднений и напряженности на Ближнем Востоке.
Иран устанавливает контроль над проливом
Ранее мировые СМИ сообщали о планах Ирана ввести плату за прохождение судов через Ормузский пролив. Речь идет не о прямом транзитном сборе, а о плате за конкретные услуги. Среди них – навигационное сопровождение, обеспечение безопасности и другие сервисы для танкеров и сухогрузов. Глава комиссии по национальной безопасности парламента Ирана Эбрахим Азизи заявил, что расчеты будут производиться в иранских риалах. Меджлис, национальный парламент, планирует принять новый закон, закрепляющий «абсолютный суверенитет» Исламской Республики над Ормузским проливом.
Таким образом, эта важнейшая для глобальной торговли логистическая артерия фактически становится единоличной вотчиной Ирана.
Мнение экспертов и последствия для рынка
Ведущий аналитик «Амаркетс» Игорь Расторгуев считает, что история Ормузского пролива как международного коридора свободного судоходства, похоже, закончена. По его словам, Иран выстроил систему «политического фейс-контроля». Россия, Китай, Индия проходят как дружественные страны, в то время как США и Израиль полностью заблокированы. Все остальные страны вынуждены платить или договариваться. Расторгуев подчеркивает, что это не является полной победой Тегерана, поскольку де-юре международного признания этих правил нет и не будет. Конвенция ООН по морскому праву прямо запрещает взимать плату за транзит. Однако, пока идут переговоры и сохраняется напряженность, «право сильного работает эффективнее морского».
Рост цен на нефть выше $120 – это закономерный ответ рынка на беспрецедентный сбой в поставках. Даже при формальном перемирии быстрого возврата к норме ждать не стоит. Страховые премии значительно выросли, судовладельцы не спешат рисковать, а доверие к проливу как надежному маршруту подорвано всерьез и надолго. Рынок теперь закладывает в цену не только текущий кризис, но и постоянную премию за риск повторения.
Для России, по мнению Расторгуева, эта ситуация, как ни парадоксально, выгодна. Ключевые покупатели российской нефти – Китай и Индия – остро нуждаются в альтернативных поставках, и российская нефть стала для них приоритетом. Кроме того, кризис неожиданно дал второе дыхание давно буксовавшим переговорам о трубопроводных маршрутах в Китай. Аналитик подытожил, что это «стратегическое окно, которое важно не упустить».