Президент США Дональд Трамп принял решение о введении санкций против российских нефтяных компаний «Роснефть» и ЛУКОЙЛ. По мнению американского издания The New York Times, этот шаг вывел «экономическую войну» Вашингтона против Москвы на новый, более агрессивный уровень. Издание отмечает, что это стало сигналом о готовности США «парализовать российский энергетический сектор», даже несмотря на возможный рост мировых цен на нефть.

Изменение стратегии Трампа

Этот шаг является значительным изменением в стратегии Дональда Трампа. Ранее он, как правило, воздерживался от прямого наказания России и даже ставил под сомнение эффективность санкций. В период его президентства меры, введенные предыдущей администрацией Белого дома, исполнялись с меньшей активностью, что, по сути, давало российским властям «отсрочку». Вместо этого Трамп фокусировался на повышении пошлин, что не принесло ожидаемых результатов. В итоге, как утверждается в публикации, президент США пошел на усиление давления.

Взгляд из администрации Байдена

Бен Харрис, занимавший пост заместителя министра финансов по экономической политике в администрации Джо Байдена и участвовавший в разработке санкционной стратегии, подчеркнул, что макроэкономическая ситуация значительно изменилась. В частности, снизилась инфляция. Это, по его словам, позволило напрямую воздействовать на российский энергетический сектор.

Харрис отметил, что стратегия администрации Байдена «всегда заключалась в том, чтобы сохранить поток нефти и попытаться контролировать цену». Он назвал новые санкции администрации Трампа «действительно значительными».

Реакция на санкции

Управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США (OFAC) ввело санкции против «Роснефти» и ЛУКОЙЛа 22 октября. Официальной причиной названо «отсутствие у России серьезной заинтересованности в мирном процессе». По данным CNN, это решение Трампа удивило его советников, и сам американский лидер до последнего момента сомневался.

В Евросоюзе новые санкции США были восприняты положительно. Глава европейской дипломатии Кая Каллас назвала их «сигналом силы» и согласованности между Европой и США.

Президент России Владимир Путин, в свою очередь, расценил этот шаг Вашингтона как попытку давления на Москву. Он подчеркнул, что уважающие себя государства никогда не действуют под давлением. Путин заверил, что, несмотря на «определенные потери», Россия «чувствует себя уверенно, устойчиво».