Курс доллара и евро
 сейчас и на завтра

Куда качнется цена барреля: на рынке нефти начались большие маневры

Решения министерской конференции стран ОПЕК+, проведенной 1 июня, вызвали противоречивые отклики. Рынок отреагировал 8-процентным падением биржевых цен. Федеральная торговая комиссия США (FTC) накануне конференции обвинила Саудовскую Аравию в картельном сговоре с американскими сланцевиками о повышении цен. Инвестбанк Goldman Sachs и ряд западных СМИ, наоборот, указали на то, что Эр-Рияд поддался давлению Вашингтона в сторону снижения котировок.

FTC (американский антимонопольный орган, основанный еще в 1914 году для борьбы именно с нефтяными компаниями) в начале мая обвинил некоторые сланцевые компании в координации усилий с ОПЕК для «искусственного сдерживания добычи на низком уровне», чтобы способствовать повышению цен.

В начале июня группа демократов в палате представителей конгресса обратилась в министерство юстиции с просьбой расследовать обвинения в антимонопольном поведении американских производителей нефти и ОПЕК. Конгрессмены-демократы подозревают, что ряд крупных нефтяных компаний США вступили в сговор с целью поддержания высоких цен на топливо.

Подозрения торговой комиссии США в сговоре своих сланцевиков с ОПЕК, сформулированные в начале мая, еще можно объяснить относительно высокими нефтяными ценами, сложившимися в предыдущем месяце. В первой половине апреля Brent котировался в пределах $90–91 за баррель. Более того, тогда многие эксперты прогнозировали ценовое ралли, которое летом может дойти до $100 за бочку.

Но обвинения конгрессменов-демократов в адрес ОПЕК в начале июня не могут не вызвать недоумения — котировки пошли вниз, пробив уровень $80 за баррель. Может быть, конфиденты президента Байдена просто перестраховываются — с целью не допустить во время ноябрьских выборов заметного скачка цен на бензин, так как это крайне болезненно воспринимается местными избирателями.

Конечно, члены ОПЕК и ОПЕК+ заинтересованы в поддержании довольно высокого уровня нефтяных котировок. Но договариваться об этом с американскими сланцевиками себе дороже. Те наверняка обманут.

К тому же американская администрация все последние годы настойчиво играет на понижение. Правда, далеко не всегда успешно. Достаточно напомнить коллизию лета-осени 2022 года. В июле того года президент США Джозеф Байден в ходе ближневосточного турне встретился в Эр-Рияде с саудовским королем Салманом бен Абдель Азизом Аль Саудом и наследным принцем Мухаммедом бен Сальманом Аль Саудом.

Официально — обсудили десятки двусторонних договоренностей. На самом деле, как утверждала штатовская пресса, Байден добивался увеличения добычи нефти в королевстве более чем на 1 млн баррелей в сутки уже с ноября 2022 года, когда окончательно истекал срок действия самых масштабных в истории сокращений производства нефти в рамках ОПЕК+ (минус 9,7 млн баррелей в сутки в июне того года). Также, возможно, американский президент склонял королевскую семью к заключению соглашения «Авраама» о нормализации отношений с Израилем, что уже сделали ОАЭ в сентябре 2020 года. Впрочем, после обострения ситуации в Газе перспективы подобного договора стали призрачными.

Что касается роста добычи, то случилось все ровно наоборот: на министерской конференции ОПЕК+ 5 октября 2022 года Саудовская Аравия и Россия провели решение о резком (на 2 млн барр./сут.) сокращении добычных квот. Правда, половина оговоренного объема осталась на бумаге, так как снизили нереализованные квоты. Но на 1 млн баррелей добыча все-таки была уменьшена в реальности.

Говорят, что Джо Байден рвал и метал от ярости. В дальнейшем, в 2023-м и начале 2024 года, ОПЕК+ в целом или отдельные члены альянса вывели с мирового рынка порядка 5,8 млн баррелей нефти в сутки.

Иными словами, давить на Эр-Рияд не так-то просто. До 2016 года, когда ОПЕК поддержала Россия, Саудовская Аравия под воздействием США еще шла на обрушение цен, как, например, в 1986 году, когда рухнувшие цены на нефть внесли свой вклад в обострение экономического кризиса СССР. После — уже нет.

Так что возмущение министра энергетики Саудовской Аравии принца Абдул Азиза бен Сальмана обвинениями в том, что его страна уступила в ценовом вопросе американцам, вполне объяснимо.

Выступая на сессии «Будущее рынка нефти и газа: перспективы глобального спроса и планы производителей», проведенной 6 июня в рамках XXVII Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ), бен Сальман так оценил итоги последней министерской конференции ОПЕК+: «В целом заседание прошло очень успешно. Оно было просто потрясающим».

Что же касается негативных оценок итогов нефтяного саммита, то, по мнению саудовского министра, отчет Goldman Sachs, в котором несколько раз упомянули о давлении в сторону снижения цен, «с профессиональной точки зрения неверная интерпретация событий».

Однако у американских аналитиков рынка также есть свои резоны. Ранее министерские встречи ОПЕК+ в большинстве случаев приводили к росту цен. Так, уже упомянутое нами заседание 5 октября 2022 года прошло на фоне однодневного увеличения котировок Brent более чем на $1,5 за баррель. 4 октября было $91,8; 5 октября — $93,37. В целом в октябре того года цены выросли на $10 за «бочку».

Сейчас налицо понижательная тенденция. В начале апреля, напомним, было зафиксировано более $92, почему многие эксперты и заговорили о $100. Но уже в мае цены отползли в коридор 81–84 доллара за баррель. Накануне заседания министров ОПЕК+, в его ходе и несколькими днями позднее котировки на августовские фьючерсы Brent на лондонской бирже ICE рухнули на 8% — до $77.

В этом случае наверняка свою долю отрицания сыграли геополитические факторы и чисто спекулятивные финансовые операции. Но невозможно сбросить со счетов и решения июньской конференции ОПЕК+ о пусть и постепенном, растянутом на год, но свертывании с IV квартала этого года ряда добровольных ограничений добычи 9 стран ОПЕК+, принятых в 2023 году и оцениваемых в 2,2 млн баррелей в сутки.

Правда, в итоговых документах ОПЕК+ подчеркивается, что увеличение добычи в любой момент может быть остановлено в случае обострения ценовой ситуации. Но слово сказано. И баланс между спросом и предложением в будущем году может существенно сместиться в сторону потребителей. Тем более что прогнозы по мировому росту спроса довольно сдержанные. Даже в ОПЕК считают, что в 2025 году спрос вырастет меньшими темпами, чем в этом: вместо 2,2 млн барр./сут. — 1,85 млн.

К тому же с 1 января 2025 года увеличивается на 300 тыс. барр./сут. добычная квота для ОАЭ. Но также это будет происходить постепенно в течение 9 месяцев.

Ситуация для ОПЕК+ сложилась непростая. Альянс сейчас контролирует почти 40% глобального производства нефти. Два года назад — 44%. Поэтому постоянные сокращения добычи, с одной стороны, удерживают приемлемые для альянса котировки. С другой — добровольно освобожденные рыночные ниши занимают конкуренты из стран, не входящих в ОПЕК+. В этом году опережающий рост добычи нефти демонстрируют, как известно, США (первое место с 13 млн барр./сут.), Канада, а также Гайана. ОПЕК+ не может не обращать на это внимание, с учетом выхода из альянса Анголы. Хотя с 1 января этого года к ОПЕК+ присоединилась Бразилия, но она не участвует пока в ограничительных договоренностях.

Но, видимо, еще не все потеряно. Абдель Азиз бен Салман представил вполне позитивный ценовой прогноз: «Дайте один-два дня на то, чтобы все устаканилось, и реальность займет свое законное место».

Ему вторил и вице-премьер Александр Новак. Он пояснил, что таргет (цель) ОПЕК+ — не собственно цена нефти, а баланс спроса и предложения. И при этом дал прогноз об увеличении мирового спроса к 2030 году с нынешних $102 млн до $110–115 млн баррелей в сутки.

Последние новости